Есенин Сергей Александрович - Произведения - Пугачев

Пугачев

Есенин Сергей Александрович


Пугачев

1



ПОЯВЛЕНИЕ ПУГАЧЕВА В ЯИЦКОМ ГОРОДКЕ



П у г а ч е в

Ох, как устал и как болит нога!..
Ржет дорога в жуткое пространство.
Ты ли, ты ли, разбойный Чаган,
Приют дикарей и оборванцев?
Мне нравится степей твоих медь
И пропахшая солью почва.
Луна, как желтый медведь,
В мокрой траве ворочается.

Наконец-то я здесь, здесь!
Рать врагов цепью волн распалась,
Не удалось им на осиновый шест
Водрузить головы моей парус.

Яик, Яик, ты меня звал
Стоном придавленной черни!
Пучились в сердце жабьи глаза
Грустящей в закат деревни.
Только знаю я, что эти избы -
Деревянные колокола,
Голос их ветер хмарью съел.

О, помоги же, степная мгла,
Грозно свершить мой замысел!

С т о р о ж

Кто ты, странник? Что бродишь долом?
Что тревожишь ты ночи гладь?
Отчего, словно яблоко тяжелое,
Виснет с шеи твоя голова?

П у г а ч е в

В солончаковое ваше место
Я пришел из далеких стран, -
Посмотреть на золото телесное,
На родное золото славян.
Слушай, отче! Расскажи мне нежно,
Как живет здесь мудрый наш мужик?
Так же ль он в полях своих прилежно
Цедит молоко соломенное ржи?
Так же ль здесь, сломав зари застенок,
Гонится овес на водопой рысцой,
И на грядках, от капусты пенных,
Челноки ныряют огурцов?
Так же ль мирен труд домохозяек,
Слышен прялки ровный разговор?

С т о р о ж

Нет, прохожий! С этой жизнью Яик
Раздружился с самых давних пор.

С первых дней, как оборвались вожжи,
С первых дней, как умер третий Петр,
Над капустой, над овсом, над рожью
Мы задаром проливаем пот.

Нашу рыбу, соль и рынок,
Чем сей край богат и рьян,
Отдала Екатерина
Под надзор своих дворян.

И теперь по всем окраинам
Стонет Русь от цепких лапищ.
Воском жалоб сердце Каина
К состраданью не окапишь.

Всех связали, всех вневолили,
С голоду хоть жри железо.
И течет заря над полем
С горла неба перерезанного.

Страницы: (16) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... И я видел эти леса совершенно живыми. Остро и отчетливо
представало передо мной каждое дерево, У меня было такое ощущение, что с
этими деревьями я знаком давным-давно и сроднился с ними. Я видел каждую
ветку, каждый сучок, примечал и знал каждый зеленый листик.
Хорошо помню, как я впервые в дневной жизни столкнулся с настоящим
дубом. Глядя на узловатые ветви и резную листву, я с мучительной ясностью
почувствовал, что точно такие же деревья я несчетное число раз видел во
сне. Поэтому позже я уже не удивлялся, когда с первого взгляда узнавал и
ель, и тис, и березу, и лавр, хотя до тех пор мне не доводилось их видеть.
Ведь я видел их когда-то раньше, я видел их каждую ночь, как только
погружался в свои сновидения.
Все это, как вы заметили, противоречит первейшей закономерности
сновидений, которая гласит, что человеку снится лишь то, что он видел в
этой жизни. Мои сновидения такой закономерности не подчинялись. В своих
снах я ни разу не видел ничего такого, что имело бы касательство к моей
дневной жизни. Моя жизнь во сне и моя жизнь, когда я бодрствовал, шли
абсолютно раздельно, не имея между собой ничего общего, кроме разве того,
что тут и там действовал тот же самый я. Я был связующим звеном, я как бы
жил и в той и в другой жизни.
С малых лет я усвоил, что орехи добывают в бакалейной лавке, ягоды у
торговца фруктами, но, прежде чем это стало мне известным, во сне я уже
срывал орехи с веток или подбирал их на земле под деревьями и тут же ел;
таким же образом я добывал ягоды и виноград с кустов и лоз. Все это было
за пределами моего жизненного опыта.
Мне никогда не забыть, когда в первый раз на моих глазах подали на
стол чернику. Черники я до тех пор не видел, однако при первом же взгляде
на нее я живо вспомнил, что в моих сновидениях я не раз бродил по
болотистым урочищам и вволю ел эти ягоды. Мать поставила передо мной
тарелку с черникой. Я зачерпнул ягод ложкой и еще не успел поднести ее ко
рту, как уже знал, какова черника на вкус...

Джек Лондон (Jack London)   
«До Адама»